Архитектура и градостроительство г.Тольятти Органы архитектуры и градостроительства г.Тольятти
Органы архитектуры и градостроительства г.Тольятти
Главная страница
Карта сайта

~ Статьи и информационные материалы ~

27.08.2010

Голландские рецепты для российского города

Алексей Щукин, специальный корреспондент журнала «Эксперт».

Голландские архитекторы сделали мастер-план Перми. Это первый в России случай привлечения иностранцев для градостроительных проектов по трансформации городов

Сегодня Пермь — это вытянутый вдоль реки Камы малоэстетичный город с неплотной застройкой

Сегодня Пермь — это вытянутый вдоль реки Камы малоэстетичный город с неплотной застройкой

Фото предоставлено журнаом «Проект Россия»

В Перми работает настоящая сборная мира по градостроительству. Они колдуют над расстрельной задачкой, как превратить унылый промышленный миллионник в современный город» — так в течение последнего года говорили в архитектурных кругах Москвы. И вот этим летом труды иностранцев были показаны широкой публике. Во время московской архитектурной биеннале голландское бюро KCAP, курировавшее работу, передало созданный мастер-план пермским властям.

Мастер-план — новый для России документ. Он отличается от генплана: менее конкретен, не имеет юридического статуса и не является собранием законов. Стратегический мастер-план — это скорее видение города на долгую перспективу и набор ключевых понятий и принципов.

Согласно мастер-плану, Пермь будет развиваться как компактный город. Город перестанет расти вширь и откажется от строительства панельных районов на окраинах в пользу среднеэтажной квартальной застройки. Приоритетным становится развитие общественного транспорта. Городское пространство трансформируется, чтобы кардинально улучшить качество жизни.

Мастер-план Перми — это первая попытка заглянуть в будущее и понять, каким должен быть современный российский город. Впервые на серьезном уровне ставится вопрос о применении мирового опыта для трансформации города. Современные градостроительные идеи уже вызвали в пермском сообществе массу вопросов, главный из которых, насколько применимы эти идеи в России.

Диагноз

С городом голландским архитекторам не повезло. Мягко говоря, Пермь — больной промгород с непростой историей. Он зарождался из отдельных металлургических заводиков и жилых слобод вокруг них. Во время войны резко разросся за счет эвакуированных производств, которые надо было разместить и запустить в кратчайшие сроки. В итоге Пермь превратилась в линейно вытянутый вдоль реки Камы и весьма рыхлый город. По длине он в России второй после Волгограда, по площади — третий после Москвы и Санкт-Петербурга. При этом городское население постоянно убывает: за 20 лет оно сократилось почти на 100 тысяч, и сегодня Пермь уже перестала быть миллионником.

Но этим проблемы не исчерпываются. Работающие заводы неблагоприятно сказываются на экологии, построенный комбинат по переработке нефти «оказался» с наветренной стороны по отношению к жилым районам. Город отрезан заводами и железной дорогой от главной ценности — реки Камы. Большинство жителей недовольны своим городом, это касается благоустройства, качества дорог и многого другого. Добавим, что Пермь долгие годы считалась «закрытой» и входила в систему ГУЛАГа, а на самом ее краю до сих пор расположено множество заведений пенитенциарной системы. В итоге вырисовывается малоэстетичный населенный пункт, созданный для работы, а не для жизни, промгород, переживающий не лучшие времена и нуждающийся в лечении.

И в то же время Пермь сегодня — один из самых живых городов России. «Волну запустили» губернатор Пермского края Сергей Чиркунов и сенатор Сергей Гордеев. Губернатор, к слову, необычный: ездит без мигалок, лично ведет блог, увлекается архитектурой и градостроительством. Несколько лет назад в Перми мечтали повторить «эффект Бильбао»: испанский город раскрутился и стал туристическим центром мирового уровня во многом за счет строительства ультрасовременного Музея Гуггенхайма. В русле этой идеи в Перми даже провели международный конкурс на музей современного искусства. Сейчас концепция стала более универсальной: оживление города связывают с искусством в целом. Пермь «самозванно» позиционирует себя как культурная столица страны и даже планирует получить статус культурной столицы Европы в 2016 году. В городе проводится девять фестивалей в год. Здесь активно работают москвичи: дизайнер Артемий Лебедев, галерейщик Марат Гельман, театральный режиссер и продюсер Эдуард Бояков.

Чиркунов с Гордеевым запустили программу изучения мировых «городов-чемпионов», реализовавших в последние годы наиболее яркие проекты в сфере транспорта и урбанистики. За счет этого удалось войти в контакт с ведущими архитекторами, консультантами и мыслителями в области градостроительства. К примеру, завязалась дружба с легендарным Жайме Лернером, экс-мэром бразильского города Куритиба, где была развернута революционная транспортная система metrobus. Одним из результатов исследований и поездок стало четкое представление, что в области градостроительства Россия, к сожалению, сильно отстала – примерно так же, как в автопроме. Тогда и было принято решение пригласить для создания стратегического мастер-плана Перми планировщиков мирового уровня. Выбор пал на голландское бюро KCAP, которое разработало около 300 проектов городского планирования в Европе и Азии, а в последнее время было занято в двух знаковых проектах — Hafen City в Гамбурге и Олимпийской деревни в Лондоне. В качестве субподрядчиков были привлечены голландское бюро Bureau Alle Hosper (ландшафтное проектирование) и финское Poyry Infra Oy (транспортная стратегия).

Правила лечения

Главная идея мастер-плана — компактный город. Голландцы против расползания (в Америке это негативное явление называют sprawl), тем более что население города убывает. Чем плохо растягивание города? При нем резко увеличиваются расходы на содержание социальной и инженерной инфраструктуры, а также время, которое люди проводят в дороге. Итак, согласно мастер-плану, Пермь отказывается от привычного для России экстенсивного развития и остается в своих нынешних границах. Отказываясь от идеи застройки полей вокруг Перми, проектанты сконцентрировали усилия на трансформации уже существующего пространства.

Как следствие — Пермь остается городом на одном берегу Камы. Для руководителей края и области согласиться с таким предложением было сложным решением: в городе существует влиятельное лобби, отстаивающее идею широкомасштабной застройки на правом берегу Камы. «В мире не так уж много городов, успешно развивающихся сразу на двух берегах реки. Лондону, например, потребовалась пара столетий, чтобы освоить оба берега Темзы. Заметим, что и Кама шириной в километр, почти в десять раз шире Сены в районе Парижа. Это тоже нужно учитывать», — объясняет свой подход руководитель KCAP Кис Кристиансе. Да и масштабное освоение правого берега было бы возможно только при сопровождении строительства новых мостов, но на это нет денег. Итак, мастер-план предполагает, что только на левом берегу Камы можно найти площадки для удвоения застройки города, а правый берег остается рекреационным.

Смену вектора в городской застройке легче объяснить по принципу «от противного». Последние 20 лет в Перми строились панельные 17-этажные кварталы на окраине и башни точечной застройки выше 20 этажей в центре.   Мастер-план предполагает разворот этой ситуации. Город отказывается   от строительства панелек. Доминирующим типом застройки становятся среднеэтажные   кварталы. «Реабилитируется» точечная застройка в центре города. Впрочем, это   должна быть не анархическая застройка по принципу «строим там, где удалось   достать участок», а такая, которая поможет формировать новую городскую   структуру. Такие подходы позволят уплотнить городскую ткань, что для рыхлой и растянутой Перми признается благом.

Далее. Мастер-план предполагает постепенный переход от микрорайонной структуры к квартальной. В чем достоинства квартала? Улицы по фронту квартала становятся общественными пространствами с магазинами, кафе и т. д. Как оппозицию можно вспомнить большинство новостроек Москвы: окруженные заборами, они рвут город на части, не дают ему общественных пространств. В кварталах создаются уютные приватные дворы, где могут в безопасности гулять дети. Кварталы значительно меньше микрорайонов, за счет чего застройка воспринимается более человечно. Плюс обеспечивается большая транспортная проницаемость города. В мастер-плане голландцы не навязывают определенного архитектурного стиля, предпочитая разнообразие. Один из ключевых моментов – отказ от функционального зонирования, когда в одном районе сконцентрированы здания с одной функцией (жилье, офисы или промышленность) и переход к зонам смешанного использования, что уже стало привычным в Европе.

Важную роль в трансформации города играют ключевые проекты. Один из главных таких проектов – возвращение набережной Камы, которая сейчас отрезана от города железной дорогой. Предполагается благоустройство набережной и создание коннекторов, специальных переходов над железной дорогой. Это позволит полузаброшенную промышленную зону сделать полноценным парком – набережная станет новым лицом города. Работы уже идут.

Другой ключевой проект – строительство новых культурных объектов. На два главных проекта – музей современного искусства и реконструкцию оперного театра с пристройкой новых зданий – уже проведены международные архитектурные конкурсы. В целом культурные институции рассматриваются сегодня в Перми, как и в Европе, в качестве одного из главных драйверов развития города, мощного средства гуманизации среды.

Один из ключевых тезисов мастер-плана – приоритетное развитие общественного транспорта. Для Европы сегодня очевидно: невозможно сделать комфортным город, где каждый пользуется только собственным автомобилем и обеспечен достаточным количеством дорог и парковочных мест. Другой тезис в области транспортной политики – создание более плотной и равномерной улично-дорожной сети, что частично достигается и переходом на квартальную систему, и пробивкой новых улиц. В целом транспортный раздел мастер-плана еще не завершен, но какие-то элементы уже внедряются. Например, проложена первая велосипедная дорожка. Или – некоторые линии трамвая отделили от автомобильной дороги двойной сплошной линией, и уже через несколько месяцев скорость трамвая удвоилась.

Мастер-план позволяет более внимательно относиться к городу в целом. Так, голландцы видят в Перми много общественных и зеленых зон, но беда в том, что они неухоженны. План допускает некоторое сокращение таких пространств с одновременным улучшением их качества, в том числе и за счет концентрации финансовых ресурсов. Есть и еще идеи. К примеру, в городе создается Зеленое кольцо – непрерывная замкнутая цепь природных зон, объединяющая набережную Камы, долины малых рек и парки. Прописаны и социальные практики: школьников предполагается привлечь к расчистке оврагов около речушек, что одновременно даст воспитательный эффект и поможет в благоустройстве города. Главное, что многочисленные элементы мастер-плана тесно связаны между собой и все вместе работают на общий принцип – создание гармоничной городской среды.

Пациенты против докторов

Трудно после «бронзы» нашей сборной с Гусом Хиддинком на чемпионате Европы и кубка УЕФА, который взял «Зенит» с Диком Адвокатом, хотя бы в шутку, да не подумать: «Надо просто привлечь голландцев, и они все наладят». Но и в спорте не все так просто, а уж в городе и подавно. В Перми идеи голландских планировщиков столкнулись с непониманием и сопротивлением на разных уровнях. Сформировалась очевидная ситуация – местные против чужаков.

Некоторые предложения мастер-плана: разделение транспортных потоков…

Некоторые предложения мастер-плана: разделение транспортных потоков…

Фото предоставлено журнаом «Проект Россия»

Простые жители вообще не понимают, зачем нужны документы стратегического планирования. Непонимание проявляется чаще всего так: «Власть много занимается музеями и театрами. Тратит деньги на иностранных архитекторов. Лучше бы потратили их на ремонт дорог и жилья. Это реально нужно городу».

В среде бизнеса стратегический мастер-план породил касту «обиженных девелоперов». Проекты комплексного освоения новых территорий перестали получать поддержку властей. В отдельных проектах власти начали требовать снижения этажности, а девелоперы – подавать на администрацию в суды. Больше всего проиграли землевладельцы, скупившие большие участки под Пермью в расчете на их застройку, – капитализация этой земли резко снизилась. Учитывая, что за девелоперами стоят большие деньги, можно предположить, что сдаваться они не собираются. В принципе переход от анархической застройки к системной в любом случае, даже без европейских планировщиков, был бы болезненным. Здесь же недовольство усиливается тем, что убытки идут из-за иностранцев.

В главной же колонне, выступившей против мастер-плана, идут местные архитекторы. Они прямо обвинили голландцев в непрофессионализме. В письме «Бедное голландское», подписанном полутора десятками пермских архитекторов, читаем: «Всем понятно – город, образно говоря, болен… Мы видим, что “доктора” ставят неверный “диагноз” больному. Больше того, кажется, что они приехали с заранее заготовленными “диагнозом” и “рецептами”. Но приехали не к тому пациенту». Критика идет с нескольких позиций. С одной стороны, большинство идей мастер-плана (к примеру, необходимость достижения компактности в застройке центра) определяются как прописные истины. С другой – «это просто сборник лекций по градостроительству для учебных заведений Нидерландов», неприменимый к России. Европейцев обвиняют в том, что они хотят «изменить веками складывающийся российский социально-бытовой уклад жизни и менталитет жителей», хотят навязать голландский принцип формирования жилой застройки. В полемическом задоре местные архитекторы нападают на квартальную застройку и провозглашают микрорайонный принцип застройки (Черемушки или Бутово) величайшим достижением архитектуры. Наконец, с третьей стороны, мастер-план ругают за идеалистичность. «Голландцы предлагают вывести промышленные предприятия, но куда и как это сделать, не говорят. Предлагают реконструировать половину жилого фонда – но за счет чего? Их идеи не увязаны с конкретными механизмами, с наличием денег в бюджете и т. д. А когда их спрашиваешь об этом, они отвечают: “Это не наш вопрос. Это не вопрос мастер-плана”», – рассказывает один из пермских архитекторов.

Понятно, что местные архитекторы возмущены ситуацией, когда огромный подряд ушел на сторону. «Голландцам заплатили более полутора сотен миллионов рублей. Пермские архитекторы все вместе не заработали таких денег за десять лет. Понятно, что при таком финансировании результат будет на порядок лучше, чем все наши разработки», – признавался в личной беседе корреспонденту «Эксперта» один из ведущих пермских архитекторов. Конечно, пермские архитекторы обязаны быть против мастер-плана уже потому, что завязаны на местный стройкомплекс, который многое теряет от введения четких правил и прекращения хаотичной застройки.

Но важен вот какой аспект. В последние годы в европейском градостроительстве на первый план выходят даже не идеи, а поиск таких решений и механизмов, где бы учитывались интересы и населения, и бизнеса, и самых разнообразных игроков. В данном проекте это пока не удалось. Неприятие и непонимание мастер-плана Перми рядом местных сообществ показывает, что разъяснению его идей, коммуникациям было уделено недостаточное внимание. Вероятно, часть местных архитекторов можно было привлечь на субподряд в проект изготовления мастер-плана. Это частично смягчило бы противостояние «чужаки – местные» и дало бы возможность лучше учесть местные реалии и интересы местного сообщества.

В этом смысле создание стратегического мастер-плана Перми только начало пути. Из модели «прогрессоры помогают отсталой Перми», по Стругацким, необходимо перейти в ситуацию широкого включения жителей в городскую жизнь, в обсуждение будущего города. И только сформировав общественное лобби, заинтересованное в кардинальном улучшении среды, можно надеяться, что сползания к анархической застройке не произойдет. Без этого мастер-план будет торпедироваться на всех этапах развития документов территориального планирования. Его идеи могут потеряться уже сейчас, во время их переноса в генеральный план.

Лекарство против провинциальности

Насколько европейские рецепты подходят для Перми? Это, пожалуй, главный вопрос в истории с мастер-планом. Московские градостроители часто критикуют голландцев за слабый учет местной, российской специфики. «Это рецепты из другого времени. Приглашенные иностранцы не поняли, что Пермь, как и большинство русских городов, находится на другом этапе развития по сравнению с той же Голландией. В Европе жилищный вопрос в целом решен, и поэтому они могут придерживаться идеи компактного города. В России есть дефицит жилья, много ветхих домов. Поэтому сегодня надо строить много. Альтернативы освоению новых территорий нет: только там можно строить быстро и недорого», – считает генеральный директор Национального градостроительного института Александр Кривов.

….превращение набережной Камы в общественную зону

….превращение набережной Камы в общественную зону

Фото предоставлено журнаом «Проект Россия»

«Бюджет Перми в расчете на одного жителя – это примерно 400 евро в год. В небогатой Барселоне как минимум в три-четыре раза больше. В странах северной Европы – на порядок больше. В небогатой Перми рецепты, уместные для городов северной Европы, работать не будут. При бюджете 400 евро на человека в год развития быть практически не может. Речь при таких цифрах идет просто о выживании», – полагает генеральный директор фонда «Градостроительные реформы» Александр Высоковский. В то же время многие специалисты оценивают мастер-план очень высоко: «Голландцы предложили сделать из Перми нормальный европейский город. Предложили конкретные пути такой трансформации. Это очень ясная, насыщенная идеями работа. Мастер-план описывает цели и принципы, а они от количества денег мало зависят».

На наш взгляд, плюсы мастер-плана однозначно перевешивают его минусы. Особенно если брать в масштабе страны. Можно выделить три аспекта. Первый: мастер-план Перми – это первая попытка выскочить за границы советского градостроительства, первая попытка включиться в мировой контекст и использовать наработки последних 30 лет. Дискуссии по поводу мастер-плана можно только приветствовать, это шанс найти решения по выходу из тупика, в котором оказались множество российских городов.

Второй: пермский мастер-план – это чуть ли не первый документ такого рода, сделанный исходя из примата интересов города и его жителей. В большинстве российских городов заказчик (чиновник от лица землевладельцев и девелоперов) заказывает и музыку. Перед планировщиками конкретные задачи – надо выделить под строительство такое-то количество земель. Российские планировщики часто понимают, что путь развития городов исходя из краткосрочной цели конвертации земли в деньги ведет в тупик. Но у россиян сегодня нет достаточного авторитета, и потому привлечение независимых проектировщиков из Европы для создания мастер-плана Перми не имело альтернативы. Сам факт создания мастер-плана с его акцентом на общественные интересы и гармоничную городскую среду невероятно важен как прецедент.

И третий аспект: мастер-план Перми крайне интересен для России как образовательный проект. Это очень ясная и интеллектуально насыщенная работа, с запутанным и внутренне пустым генпланом Москвы невозможно даже сравнивать. Рассматривая мастер-план Перми, еще раз убеждаешься, что градостроительство в нашей стране в тяжелом положении. Городами не занимались почти 20 лет, и только в последние годы по указке сверху стали создаваться новые генеральные планы. В стране нет кадров, не выпускается литература, практически нет науки. Наши не очень удобные города – следствие и этого. Мастер-план Перми действительно можно считать учебником по современной урбанистике. Пока других книг нет, вручать бы этот мастер-план муниципальным чиновникам по всей стране – пришло время учиться.   

«« Назад


Градостроительное проектирование
Ландшафтное зонирование Тольятти в рамках студенческих работ
История
 
Наш адрес: Тольятти, ул. Победы, 52
Тел.: (8482) 26-24-40
Факс: (8482) 28-53-28
Copyright © 2005—2017 МБУ «Архитектура и градостроительство» г. Тольятти
При использовании материалов с данного сайта приветствуется указание источника информации
Разработка сайта: «Парапет»