Архитектура и градостроительство г.Тольятти Органы архитектуры и градостроительства г.Тольятти
Органы архитектуры и градостроительства г.Тольятти
Главная страница
Карта сайта

~ Статьи и информационные материалы ~

27.08.2010

В градостроительстве мы отстали так же, как в автопроме

— Почему вы привлекли именно голландцев, а не англичан или французов? Был ли конкурс на создание мастер-плана?

— В первый раз я увидел основателя компании KCAP Киза Кристиансе на его лекциях в Лондонской школе экономики. Уже тогда я понял, что Киз не просто замечательный архитектор, но еще и тонкий и глубокий мыслитель. На тот момент в послужном списке KCAP было множество выдающихся реализованных интернациональных градостроительных проектов. Некоторые из них мы впоследствии посетили: это Олимпийская деревня в Лондоне для Игр 2012 года, портовая зона Haffen City в Гамбурге, рай-оны социального хаузинга в Амстердаме и Роттердаме, аэропортовая зона в Роттердаме и другие проекты. Почему не англичане? Дело в том, что сначала проект мастер-плана Перми вели две фирмы: голландская KCAP и английская Allies and Morrison (фирмы были соавторами олимпийского мастер-плана в Лондоне и поэтому имели опыт совместной работы). Но по ходу проекта стало очевидно, что голландская компания с большим энтузиазмом относится к проекту и привлекает лучшие ресурсы, поэтому мы постепенно отказались от услуг английской компании. Французская практика урбанизма, на мой взгляд, более артистична, субъективна и менее фундаментальна. Несмотря на это, некоторые французские фирмы представили нам свои предложения по мастер-планированию — например, фирма Valode & Pistre. По общему соотношению таких критериев, как фундаментальность градостроительных понятий, соответствие мышления компании мировому урбанистическому дискурсу, наличие международных реализованных проектов, готовность компании-планировщика быть модератором политических процессов, связанных с переходом к новому мастер-плану, голландская компания показала себя наилучшим образом. Формально конкурса не было, но на самом деле он был, и весьма трудный: мы вели переговоры с такими известными именами, как архитектурное бюро ОМА Рэма Кулхаса, компанией Жайме Лернера и многими другими.

— Насколько реализуем этот мастер-план в Перми? Есть два главных аргумента против: это <мастер-план для богатого города, а в Перми бюджет всего 400 евро на человека в год, что в разы меньше чем в Европе>; и <в концепции голландцев предусмотрен переход к квартальной системе со сносом пятиэтажек, а у Перми нет на это денег>

— В современном мире у хорошей работы нет национальности. Есть эффективные проекты, и есть плохие. То же самое касается и рассуждения о богатстве города. Нельзя мерить богатство города по годовым доходам городского бюджета на человека. Нельзя упускать тот факт, что Пермь – столичный город в Пермском крае, где благодаря политике действующего губернатора бюджет является стабильно профицитным (при наименьшей в России ставке налога на прибыль!), отсутствуют долги, накоплены значительные финансовые резервы, которые при определенных условиях могут быть потрачены на инфраструктурные проекты.

— Учтена ли в этом <европейском> мастер-плане специфика именно Перми? В чем это проявилось?

— Поскольку данный мастер-план не является <европейским>, а просто соответствует тем передовым идеям, понятиям и концепциям, которые сегодня доминируют в мировом урбанистическом дискурсе, то он, естественно, должен быть разработан на основе конкретной градостроительной ситуации в городе. По поводу <специфики> Перми и <европейскости> мастер-плана расскажу одну историю. Когда голландцы первый раз приехали в Пермь, они сразу же попросили отвести их в краеведческий музей, где они скопировали все сохранившиеся планы города, начиная с момента основания Перми до наших дней. Так вот, оказалось, что все планы города, существовавшие до революции, каким-то удивительным образом оказались предельно <европейскими>, то есть очень похожими на планы Амстердама, Роттердама и других европейских городов. По мнению голландцев, так и выглядели правильно продуманные, идеальные города в то время. Когда же последний дореволюционный план города был наложен на современный, стало очевидно, что произошло с городом за девяносто лет. Из-за невежественных решений городских управленцев Пермь превратилась из красивейшего европейского города в постсоветскую индустриальную руину. Если делать медицинские аналогии, то на момент приезда голландцев город требовал не лечения, а реанимации.

— В чем главные сложности реализации этого мастер-плана? В какой они области — финансовой, интеллектуальной, социальной?

— Главная сложность связана с проблемой изменения мышления градостроителей, изменения их представлений о городе. Ведь мастер-план в его современном понимании — это в первую очередь не какие-либо конкретные или абстрактные градостроительные решения, а особая мыслительная конструкция, которая представляет собой группу понятий, определенным образом связанных между собой. С их помощью люди, влияющие на развитие города, должны мыслить о настоящем и будущем города и руководствоваться этими понятиями при разработке или критике градостроительных стратегий и проектов. В идеальном случае мастер-план должен содержать в себе логическое обоснование того, почему предлагаемые понятия являются наиболее актуальными и необходимыми для этого конкретного города, для этого конкретного времени. Проблема в том, что многие градостроители пользуются устаревшими понятиями, которые давно показали свою несостоятельность, как, например, функциональное зонирование города (необходимость функционального зонирования даже закреплена в Градостроительном кодексе). Это понятие родилось в первой половине прошлого века. Сегодня с точки зрения мировой урбанистической науки функциональное зонирование города крайне негативно влияет на качество жизни в городе и вступает в конфликт с такими актуальными понятиями, как связность города (connectivity), прозрачность (проницаемость, permeability), целостность (cohesiveness) и множеством других. Уже достаточно давно урбанисты всего мира отказались от планирования города по принципу функционального зонирования, на смену этому понятию пришло представление о mixed-use, смешанному использованию, которое выражается в так называемой концепции live, work and play (<жить, работать и отдыхать в одном месте>). В этом смысле именно по причине идеологической отсталости российского урбанизма (к большому сожалению!), некомпетентности российских градостроителей в современных мировых тенденциях градостроительной науки мы и приняли решение о привлечении голландской компании.

— Со стороны кажется, что весь этот проект держится на энергии Чиркунова и Гордеева, а местные архитекторы и застройщики против. Но голландцы уедут, а делать генплан, строить дома и жить в городе будут пермяки: Почему не получилось привлечь на свою сторону местных архитекторов и застройщиков? Или у проекта есть поддержка со стороны профессионального сообщества и местных жителей? Местные девелоперы судятся с администрацией, так как новый мастер-план меняет концепцию развития города и их проекты не могут быть реализованы в прежнем виде. Как выйти из этой ситуации?

— Наверное, вы правы. Не было предпринято достаточных образовательных и просветительских усилий, чтобы объяснить местным архитекторам основания того градостроительного мышления, которое демонстрируют голландцы. Налицо также косность наших архитекторов, их нежелание развиваться. Ведь можно спросить у них: кто из вас владеет английским языком и знаком с основополагающими (кстати, не переведенными на русский язык) книгами второй половины двадцатого века по урбанистике, с такими авторами, как Мамфорд, Джакобс, Костофф, Бэкон, Ганс, Рапопорт, Фруг, Роджерс, Рикверт, Линч? Кто лично посетил те города, которые считаются эталонами с точки зрения градостроительства, так называемые города-чемпионы? Кто был в Портленде (наиболее передовой город в области <зеленого мышления> — sustainability/carbon footprint), в Мальмё (город, достигший наилучших результатов в области энергосбережения и альтернативной энергетики), кто был в Куритибе (городе — изобретателе наиболее инновационной системы общественного транспорта BRT)? Кто из наших градостроителей участвует в конкурсах не только у себя на родине, но и по всему миру? Кто может похвастаться проектом, реализованным за пределами СНГ? К сожалению, наши градостроители не могут ответить положительно на эти вопросы.

Если начинать размышлять на тему, что делать в сложившейся ситуации, то, наверное, прежде всего надо признать тот факт, что наше градостроительство находится примерно на том же уровне, что и наше автомобилестроение по сравнению, например, с немецким или японским автопромом. Это горькая и неприятная истина, но без осознания ее движения вперед не будет. Второе — надо начать учиться. Оптимизм ситуации в том, что в отличие от автопрома секреты успеха в градостроительстве не скрываются, а наоборот: города-чемпионы охотно делятся своим опытом с теми городами, которые испытывают проблемы. Когда мы предприняли свою собственную серию поездок по городам-чемпионам, мы были поражены, насколько городские чиновники были готовы сотрудничать, рассказывать, делиться знаниями — и при этом совершенно бескорыстно! Третье направление движения — нам нужно понять, как наша градостроительная наука, включая образование архитекторов-градостроителей и городских менеджеров, может за короткий срок сократить отставание от мирового уровня.

«« Назад


Градостроительное проектирование
Ландшафтное зонирование Тольятти в рамках студенческих работ
История
 
Наш адрес: Тольятти, ул. Победы, 52
Тел.: (8482) 26-24-40
Факс: (8482) 28-53-28
Copyright © 2005—2017 МБУ «Архитектура и градостроительство» г. Тольятти
При использовании материалов с данного сайта приветствуется указание источника информации
Разработка сайта: «Парапет»